Центр исследования компьютерной преступности

home контакты

Война на уничтожение

Дата: 24.01.2009
Источник: Зеркало недели
Автор: Наталья Задерей


card/manimani.jpg Сложно не проникнуться праведным гневом премьер-министра Юлии Тимошенко, узнав о при­нятом 20 января решении НБУ выделить очередные 3 млрд. грн. банку «Надра». В результате общий объем предоставленного этому учреждению рефинансирования превысил 10 млрд. грн. Шутка ли, эта сумма сопоставима с годовой недоимкой Пенсионного фонда Украины!

Выделяя столь гигантскую помощь, Нацбанк до сих пор не ввел в банк «Надра» временную администрацию, ограничившись назначением куратора. И проявляет слишком подозрительную доверчивость, принимая в качестве гарантии возврата денег честное слово бизнесмена по фамилии Фирташ, еще даже не вступившего в права владения банком.

Конфликт интересов внутри Нацбанка, совмещающего функции кредитно-денежного регулятора и банковского «надсмотрщика», снова проявился в самом невыгодном для ведомства свете. Ни­как не мотивируя свои дейст­вия, чиновники НБУ снова подставились — и это привело к очередной яростной атаке на позиции монетарного ведомства. Уже на сле­дующий день было опубликовано открытое обращение Кабмина к президенту, в котором Нацбанк обвиняется во многих смерт­ных грехах и называется виновни­ком едва ли не всех бед в стране.

Кабмин уже оспорил в суде решение НБУ о рефинансировании отдельно взятого банка. Поводом для этого стало невыполнение Нацбанком нормы закона о госбюджете на 2009 год (ст. 86), обязывающей его согласовывать порядок рефинансирования с правительством. Примечательно, что легитимность как раз этой нормы глава государства сейчас оспаривает в Конституционном суде.

Премьер-министр выступила с новыми публичными обвинениями в адрес руководства НБУ, президента страны и его окружения. Фракция БЮТ собрала 155 депутатских подписей за проведение на следующей неделе внеочередного заседания парламента, в ходе которого намерена не только требовать отстранения Стельмаха от выполнения обязанностей председателя НБУ, но и инициировать рассмотрение вопроса о начале процедуры импичмента президента.

Ну а общество, тем временем, остается заложником вредоносного конфликта между различными ветвями власти. Из конфликта нет хорошего быстрого выхода. В случае победы правительства можно ставить крест на таком понятии, как независимость Национального банка. А политический иммунодефицит монетарного ведомства, распоряжающегося денежным станком, при нынешней бюджетной дефицитности угрожает катастрофическими инфляционными последствиями.

С другой стороны, идею независимости Нацбанка больше всех дискредитирует само его руководство, чрезмерная закрытость которого продолжает разрушать остатки доверия к национальной денежной единице и банковской системе и дает поводы для все новых обвинений.

Есть ли выход? Что мешает Нацбанку очиститься?

Сквозь мутное стекло

В нынешнем финансовом кризисе страшно не то, что курс доллара стали прогнозировать по звездам. И даже не то, что банкиры не уверены в будущем вверенных им денег, а премьер-министр делает одно резкое заявление в адрес банковского регулятора за другим. Более всего пугает позиция Национального банка, от которого во многом зависят все денежные показатели, начиная с валютных курсов и заканчивая стоимостью кредитов.

Любящий таинственность глава НБУ Владимир Стельмах в условиях кризиса не изменил своим традициям: монетарный регулятор не пытается внести ясность в сумятицу курсовых и ценовых ожиданий. Такая непрозрачность противоречит мировым тенденциям и, согласно последним исследованиям, не лучшим образом сказывается на эффективности монетарной политики.


Без сюрпризов

Непрозрачность была популярной среди центральных банков мира в 50-е годы прошлого столетия — тогда считалось, что неопределенность по поводу движения процентных ставок повышает ликвидность. Но в связи с развитием финансовых рынков и инструментов подобные аргументы утратили смысл. В 90-е годы центробанки начали публично объявлять целевые ориентиры по инфляции и стано­виться все более предсказуемыми. Американская Федеральная резервная систе­ма (ФРС) с 1994 года стала оповещать рын­ки о движениях своих процентных ставок, созданный в 1998 году Европейс­кий центральный банк (ЕЦБ) изначально делал ставку на прозрачность и активные коммуникации с общественностью.

Смену тренда отражают две цитаты Алана Гринспена. «Став главным банкиром, я научился бессвязно бормотать. И если я кажусь слишком понятным, значит, вы меня неправильно поняли» (1987 год). «Открытость — это обязательство центрального банка перед обществом» (2002 год).

Какой центральный банк можно считать прозрачным? Чтобы ответить на этот вопрос, экономисты выделили пять аспектов: политическую, экономическую, процедурную, операционную прозрачность и прозрачность решений.

Политически прозрачным считается центральный банк, который преследует четкую цель, выраженную в цифрах. Например, для Европейского центрального банка и Национального банка Швейцарии такой целью является годовая инфляция в пределах 2%. Перечень задач Национального банка Украины в Основах денежно-кредитной политики на 2009 год занимает несколько страниц, но никаких конкретных обязательств регулятор на себя не берет. А конституционный долг НБУ — обеспечение стабильности гривни — в последнее время выглядит формальностью.

Экономическая прозрачность охватывает обнародование статистических данных, используемых при принятии решений, прогнозные модели и собственно прогнозы центрального банка. Со статистикой проблем нет: на сайте НБУ можно найти самые разные по периодичности сведения. Зато своими прогнозами ведомство с широкой публикой не делится. И этим отличается от тех же ФРС и ЕЦБ, на сайтах которых можно найти не только подробные аналитические выкладки о перспективах мировой экономики в этом году, но и стенограммы выступлений руководителей о будущем кризиса. Из высокопоставленных чиновников НБУ на прогнозы (к слову, редко сбывающиеся и редко совпадающие с заявлениями Стельмаха) не скупится только заместитель главы Александр Савченко.

О процедурной прозрачности судят по наличию в открытом доступе стратегии монетарной политики (у большинства ведущих центробанков мира такой документ есть), а также по сопровождению нововведений «минутками» (фактически — протоколами совещаний, на которых были приняты соответствующие решения) и результатами голосования. Прозрачность решений означает немедленное их объявление, разъяснение и описание возможных последствий, а операционная прозрачность — отчеты о достижениях и причинах отклонения от заявленных целей.

НБУ в последнее время расширил «ассортимент» аналитических публикаций: ежеквартальный монетарный обзор, ежемесячные записки по инфляции, ВВП, фондовому рынку. Зато отклонения от ориентиров если и комментируются, то своеобраз­но. Например, в декабре, после очередного обвала гривни, Владимир Стельмах просто раз­вел руками — мол, курс вернется к обещанным отметкам, когда население вернет в банки свои валютные сбережения.

Причины того, что «минутки» и публичные разъяснения для Украины выглядят экзотикой, кроются в организационной структуре НБУ. В большинстве стран мира в центральных банках действуют комитеты монетарной политики, которые устанавливают процентные ставки (а те, в свою очередь, влияют на банковское кредитование и реальный сектор). Например, в Великобритании такой комитет собирается каждый месяц, его решения обнародуются сразу же, а «минутки» с пояснениями и результатами голосования — через две недели.

В США Федеральный комитет по опе­рациям на открытом рынке для определения межбанковской ставки (federal funds rate) заседает восемь раз в год. По итогам заседаний он обнародует решение по ставке, его обоснование, результаты голосования и подборку макроэкономических рисков. В Китае, где действует другой монетарный режим, комитет монетарной политики собирается ежеквартально.

В нашей стране вместо комитета монетарной политики у центрального банка есть Совет — орган с непонятными функциями и полномочиями. Решения в НБУ принимаются, по сути, единолично (что не распространено в мире), а Совет фактически не имеет никаких рычагов влияния на ключевые решения, принимаемые Национальным банком в кредитно-денежной сфере (пример — проигнорированное правлением НБУ вето на решение о ревальвации летом 2008-го) и не способствует большей прозрачности.
Понятный, еще понятнее…

Оценивая центральные банки по каждому из пяти критериев открытости, исследователи время от времени анализируют мировые тенденции. Первое, на что они обратили внимание, — это позитивная динамика во всех уголках мира. Стремясь быть понятными, монетарные регуляторы публикуют все больше отчетов и комментариев, чаще проводят пресс-конференции. При этом одним из главных каналов коммуникаций с обществом стал Интернет. По данным Банка международных расчетов, в 2006 году в сети присутствовали 159 центральных банков, тогда как в 1996-м — всего 10.

Результаты налицо: весь мир знает, на сколько и когда ФРС поднимет процентную ставку. А простая опечатка в пресс-релизе американского центробанка способна вылиться в настоящую панику и бешеные скачки биржевых котировок.

На первый взгляд, НБУ не выпадает из общей тенденции: ведомство взялось публиковать больше аналитики и совершенствовать свой сайт, обнародовало проект Зеленой книги «Как укрепить роль НБУ в обеспечении ценовой стабильности», в котором поднимается вопрос коммуникаций. Но на самом деле достижения команды Стельмаха сомнительны. Пресс-конференции в Нацбанке стали большой редкостью, а интервью главы — вообще чем-то немыслимым. А без публичности руководителя аналитические изыски клерков центробанка стоят немного.

Нергиз Динсер (Государственная плановая организация...

Добавить комментарий
Всего 0 комментариев


Copyright © 2001–2017 Computer Crime Research Center

CCRC logo
Главным направлением в деятельности Центра является широкое информирование общественности об основных проблемах и способах их решения, с которыми сталкивается общество в сфере противодействия компьютерной преступности.