Центр исследования компьютерной преступности

home контакты

Технологии политического маркетинга в операциях информационно-психологической войны

Дата: 07.10.2005
Источник: crime-research.ru
Автор: Андрей Манойло


Сегодня, наблюдая за стремительной эволюцией избирательных технологий, позволяющих политическим силам привести своего кандидата к власти, мы все более убеждаемся, что своим успехом на выборах многие известные представители власти обязаны удачно сформированному образу политического деятеля, сочетающему в себе волю к победе, уверенность в собственных силах, прагматичность политической программы, жесткость по отношению к соперникам и «трогательное» внимание к проблемам и заботам простых избирателей. Современный политик просто не может обой-тись без армии собственных политтехнологов, имиджмейкеров, промоуте-ров, специалистов по PR и политической рекламе, которые продвигают его образ как торговую марку, используя все возможности современных средств массовой информации и коммуникации. Действительно, в определенный момент избирательной кампании кандидат утрачивает индивидуальные черты и превращается в политический бренд, который и преподно-сится на выборах своему потребителю – обществу.

Известный политический технолог Жак Сегела (J. Seguela), руководивший избирательной ком-панией Жака Ширака (1995 г.), еще в 1979 г. сформулировал эту мысль в таком ключе: «Политический деятель, в отличие от писателя, является про-дуктом потребления» [1]. В связи с этим нельзя не согласиться с Т.Ю. Лебедевой в том, что сегодня извечное стремление лидеров достичь власти и удержать ее обрело коммерческие черты с использованием всего медиати-зированного арсенала, которым располагает современная эпоха [2].

В современных выборных технологиях марка политического дея-теля приобретает свойства товара, который необходимо грамотно продать избирателям. При этом коммерческая ценность такой марки определяется количеством голосов, отданных избирателями за данного кандидата. Сегодня политические технологии продвижения и продажи избирателям образа кандидата объединяет емкое понятие политического маркетинга, который, однако, имеет одну, присущую только ему, особенность: политический маркетинг , в отличие от маркетинга коммерческого, имеет дело с особым видом товара – образом (брендом) кандидата, который имеет своего потребителя (электорат), рынок сбыта (выборы) и коммерческую стоимость . Сегодня и сфера политики, и сфера бизнеса действуют по законам маркетинга. В современной политике маркетинг развивается в сторону создания раз-вернутого образа лидера, включая и его «упаковку», и конструирование марки, и выбор основных тем кампании, и ее тональность[3].

В отличие от выборных технологий, в операциях информационно-психологической войны [4-6] продуктом коммерческого потребления является не образ отдельного лидера, а образ конкретного политического события, цепочки таких событий, военной кампании или всего внешнеполитического курса государства-агрессора в целом. В этом случае на фоне, на-пример, успешно разворачивающейся военной кампании формируется тор-говая марка, представляющая вооруженное вторжение в определенном све-те: например, в виде «миротворческой операции», призванной освободить многострадальный народ страны, подвергнувшейся нападению, от кровавой диктатуры, а все мировое сообщество – от угрозы, например, междуна-родного терроризма (2003 г., война в Ираке).

Потребителем такого коммер-ческого продукта – образа военного конфликта, представленного на рынке своей торговой маркой, по-прежнему остается общество, мнение которого лучше любых индикаторов отражает то, насколько успешно этот продукт продается.

Примером применения технологий политического маркетинга мо-жет служить удачно созданный образ «освободительной» войны в Ираке (2003-н.вр.) [7], когда в течение нескольких месяцев миллионы зрителей по всему земному шару заворожено следили за многосерийными сводками боевых действий, которые по своей популярности вытеснили даже знаме-нитые «мыльные оперы». При этом ударные группировки США и их союз-ников как будто позировали перед телекамерами, и в боевые действия вступают только тогда, когда уже заранее был известен их пиар-эффект. Ничего лишнего, ни одного движения, не попавшего в кадр.

Создавалось впечатление, что иракские бойцы в спектакле играют роль массовки, которую «экономно расходуют» так, чтобы хватило на следующие серии. Сам же сценарий компании строился так, чтобы обеспечить информационно-психологическое воздействие на американскую и международную общественность – аудиторию, следящую за войной с экранов телевизоров, - с целью обеспечения ее добровольного подчинения. Как мы уже указывали в , такой сценарий можно рассматривать как качественно новую разновид-ность технологий информационно-психологического воздействия на сознание, в котором с реальностью работают так, как это делают с сюжетом журналистского репортажа. При этом собственно боевые действия становятся одной из сцен, предусмотренных сценарием, и теряют свою ключе-вую, самостоятельную, роль [8].

В этом случае в сознание наблюдателей формировался определен-ный образ войны, который благодаря грамотному управлению информаци-онными потоками, дозированию информации с театра военных действий и схематичности представления в СМИ реальных событий постепенно превращался из трагедии, по крайней мере, одного народа в некий упрощенный образ, бренд «борьбы с международным терроризмом и диктатурой». Дальнейшее продвижение и процесс потребления этого продукта внутрен-ней и внешней аудиторией происходило уже по законам коммерческого маркетинга – точно так же, как и любого другого товара. Сегодня уже нет сомнений в том, что созданная американскими специалистами по психоло-гической войне торговая марка военного конфликта в Ираке позволила быстро и эффективно внедрить в сознание населения идеологию превентивно-го использования вооруженной силы в интересах узкой группы политиче-ской элиты, находящейся сегодня в США у власти. При этом цена, которую заплатили (и продолжают платить) граждане, принявшие эту идеологию (т.е. те самые потребители коммерческого продукта – образа военного конфликта, продвигаемого на рынке с помощью своей торговой марки) – это потери, которые войска США несут в Ираке и Афганистане, это все нарастающая угроза со стороны государств, не без оснований полагающих, что они будут следующими объектами агрессии, и разрушение складывавшейся десятилетиями системы политических балансов и противовесов, обеспечивающих международную стабильность. Другим ярким примером создания и продвижения «марки» политического конфликта является пси-хологическая кампания США в отношении Ирана.

По таким же законам политического маркетинга строится и технология продвижения внешнеполитического курса страны – через создание торговой марки, которая придает внешнеполитическому курсу черты ком-мерческого продукта, готового к потреблению. Коммерческая стоимость такой марки выражается в количественных показателях поддержки внешнеполитического курса гражданами внутри страны, союзниками вне ее пределов; в склонении в свою пользу колеблющихся и нейтралов; в бездействии, растерянности, пассивности политических соперников и оппонентов.

Литература
1. Seguela J. Ne dites pas a ma mere que je suis dans la publicite. P. Flammarion 1979. p. 175.
2. Лебедева Т.Ю. Путь к власти. Франция: выборы президента/Отв. редактор Я.Н. Засурский. – М.: Изд. Моск. ун-та, 1995. – с.10.
3. Лебедева Т.Ю. Путь к власти. Франция: выборы президента….. – с.16.
4. Manoïlo A. V., Gestion de la guerre psychologique dans le cadre de la politique informationnelle de l’Etat. – P.: Politique et société, №2’ 2004
5. Манойло А.В., Петренко А.И., Фролов Д.Б., 2003 г.: Государствен-ная информационная политика в условиях информационно-психологической войны. – М.: Горячая линия – Телеком, 541 с.: ил.
6. Вепринцев В.Б., Манойло А.В., Петренко А.И., Фролов Д.Б., Опера-ции информационно-психологической войны. Методы, средства, техноло-гии: Краткий энциклопедический словарь-справочник. – М.: Горячая ли-ния-Телеком, 2005 г. - 495 с.: ил.
7. РИА Iran News, Информационно-психологическая война: факторы, определяющие формат современного вооруженного конфликта (Андрей Манойло, 22.07.05 11:33),
http://www.iran.ru/rus/news_iran.php?act=news_by_id&news_id=31796
8. Манойло А.В., Информационно-психологическая война: факторы, определяющие формат современного вооруженного конфликта. – Киев: Материалы V Международной научно-практической конференции «Ин-формационные технологии и безопасность», вып. №8, 2005 г., с. 73-80.

Манойло Андрей Викторович,
Российская академия государственной службы при Президенте Российской Федерации
amanoilo@yandex.ru




Добавить комментарий
Всего 0 комментариев


Copyright © 2001–2019 Computer Crime Research Center

CCRC logo
Главным направлением в деятельности Центра является широкое информирование общественности об основных проблемах и способах их решения, с которыми сталкивается общество в сфере противодействия компьютерной преступности.